Узнав, что Иван Кононович и Кочнев живут на воле, удивился, не поверил.
Ввечеру они встретились, долго говорили, как строится фрегат, как делают второй и третий эллинги.
У Ивана Кононовича от разговора раскраснелось лицо, было видно, что он доволен.
Тимофей помалкивал, но на слова старого мастера кивал головою.
А иноземцы как же? - спросил Крыков.
Сильвестр Петрович их в струне держит.
И слушаются? - При нем слушаются, без него да без Федора Матвеевича - куда как дерзкие... - А дело знают? - Дело знают, повидали кораблей на своем веку... Таисья тихо спросила: - Живется-то там тяжко, Иван Кононович? Мастер ответил не сразу: - А где легко, Таисья Антиповна? Везде тяжко, да тут хоть дело делаем... Когда мастера поднялись уходить, Таисья, как всегда, собрала узелок для Рябова.
Афанасий Петрович смотрел на нее, думал с грустью: дал бог кормщику на всю жизнь подружку.
