И любовь моя быстрее быстрой реки, острее вострого ножа..." Из темноты неслись насмешливые бесстрашные слова: - Она полюбит! - Хитрая! Ей только поддайся! "Живот же речет, - опять бубнил старик из своего угла: - Ты - косец.
Коси ты нивы твои, к жатве спеющие.
Я - юн, я - плод недозрелый, здесь нет тебе дела..." - Дескать, валяй отсюдова! - Перемучаемся, мол, без тебя! "Смерть же речет: - О живот! Слышишь ли звон, звон тетивы на луке моем? И се из острых остра смертная стрела тебе уготованная..." Так, бок о бок со смертью кое-кто дожил до заветного для поморов времени - до Евдокии.
Звезды горели ярко и чисто, играли переливами, подмигивали низко над самым морем.
К этой поре зима кротеет, надо думать о будущем лове.
Вспоминали: в Крещенье целый день тянул крепкий "север" - к большому лову.
В эту ночь, в первый раз за все время корабельных работ, запел Пашка Молчан.
