Овдовела Таисья Антиповна... Сильвестр Петрович отер руки платком, перекрестился.
Вечная ему память, морского дела старателю.
Большого сердца был человек.
Жалею. Истинным моряком сделался бы.
Иноземцев чинами флотскими да деньгами жалуем, а свои добрые - за хлеб, за пропитание гибнут... Долго молчали.
Сильвестр Петрович ходил по горнице, думал.
Сказал другим, мягким голосом: - Всех моряков-рыбарей, кто на корабли не взят, нынче же соберешь ко мне.
С Семисадовым посоветуешься, с братом со своим Аггеем, с мастерами корабельными, с Кочневым, да еще со стариком, с Иваном Кононовичем... - Да куда собрать-то? - спросил Егорша.
Здесь у боярина ушат рассохшийся: все, что ни скажешь, услышат, да куда не надо и разнесут... Иевлев кивнул, - Егорша говорил дельно.
А я так про себя подумал, - продолжал Егорша, - не встать ли нам на жительство у Таисьи Антиповны.
