Уже вызвездило, опять взялся морозец.
Когда лошадь пошла рысцой по монастырской дороге, Семисадов невесело сказал Рябову: - Ну что, кормщик Иван Савватеич? Отслужились мы матросами? Рябов не ответил, покусывал соломинку.
Так-то, брат, - сказал Семисадов, - отшумелись мы с тобой.
Посмирнее жить, что ли, начнем, как думаешь? Молчан ответил вместо Рябова: - Смирен пень, да что в нем? 5. ПИСЬМО Дорогу к обители покрыло наледью, но весенние ручьи уже звонко шумели в чистом холодном вечернем воздухе.
Свежий ветер посвистывал в ушах, лошади фыркали.
У монастырских ворот маленький солдат соскочил с коня, постучал сапогом.
Отец воротник испуганно посмотрел на конных воинских людей, спросил, для чего приехали.
Сильвестр Петрович велел отворять без промедления.
